В конце 60х мир трясло – от революций (студенческих и психоделических), от рок-музыки и от свободы. Казалось, можно все - делать, что хочешь и быть кем хочешь, а главное - можно изменить мир. Сейчас мир снова трещит по швам, снова война и хочется свободы как глотка свежего воздуха . В попытке найти ее, оглядываемся назад и видим свингующие 60е, танцующих голых хиппи, Вудсток и марш мира. О планировании этого марша в вымышленном отеле «Калифорния» и реальных историях танцовщика Константина Челкаева и идет речь в спектакле Саши Денисовой «Отель Калифорния» в ЦИМе.
Константин Челкаев (хореограф, танцовщик театра «Балет Москва») в спектакле никого не играет – он просто танцует под свои истории, звучащие из динамиков. Мы узнаем, как он начал профессионально заниматься танцем, как попал в Москву, о его первой любви и как он иногда чудит или танцует на улице. Истории очень искренни, потому что он говорит без утаек все, делится своими мыслями о современном танце, Пине Бауш, хореографах Judson Church, хиппи и политике в России. И после каждой его короткой истории действие переносится в отель (переключением софита на героев), где Дженис Джоплин, Джим Моррисон, Хантер Томпсон и проч.разрабатывают план марша к Пентагону, чтобы он взлетел в воздух при помощи бубна шамана и Синей звезды. А Томпсон еще хочет откапать на лужайке в центре Пентагона американскую мечту. Прослышав об этом, ЦРУ внедряет в «шайку» хиппи своего агента и тот пытается выяснить их «террористические» намерения, и без сендвичей с кислотой тут не обходится дело.
Пространство сцены-коробки разделено в центре крестом из красных дорожек, каждый из четырех образованных секторов – комнаты отеля: двуспальные красные кровати и кресла, возле стены – барная стойка, и будто в воздухе парит неоновая надпись hotel California. Художница Ксения Перетрухина создавала пространство этого условного отеля, а Шифра Каждан восстановила транспаранты Make love not war и другие. На сцену в определенные моменты выезжают ванна и старенький фисташковый Vespa.
Получается, что Костя попал в этот воображаемый отель, в котором встречаются герои 60х и дискутируют на темы политики, искусства и свободной любви. Это ностальгическая фантазия и в то же время добрый стеб над ценностями и мечтами того времени. Энди Уорхол ведет себя как капризный анфант террибль и культивирует кока-колу как символ массовой культуры, Патти Смит кричит, что хочет заниматься только искусством и ничем больше, а Хантер Томпсон - просто копия персонажа Джони Деппа – дергается в кислотных приходах с сигаретой в зубах. Костя в это время наблюдает за всей этой одной сплошной галлюцинацией 60ых, в которой есть точки пересечения с современностью – когда в телепередаче выступает генерал, который говорит о военной операции, слышатся знакомые слова российских политиков.
Танец Кости под его же истории и музыку 60х задают потрясающий ритм всему спектаклю, который немного сбивается и смазывается длинными диалогами героев отеля – они этот ритм сильно сбуксовывают. В результате вся постановка несколько распадается на две части – про Костю и про марш на Пентагон, лишь в нескольких смысловых точках хватаясь друг за друга. При этом первая покоряет безоговорочно, тогда как ко второй есть много вопросов.
Костя озвучивает мысли многих современных молодых людей – 60ые это крутое время, но туда хочется сгонять на пару дней, потанцевать на Вудстоке и вернуться обратно. Ведь сегодня тоже есть все эти песни, и любовь, и желание быть свободным.
Текст: Нина Кудякова
Фотограф: Екатерина Краева
